Регистрация пройдена успешно!
Пожалуйста, перейдите по ссылке из письма, отправленного на

Игорь Лагутенко. Регби или музыка?

© Фото : личный архив И.ЛагутенкоИгорь ЛагутенкоИгорь Лагутенко
Регбист, тренер, музыкальный тур-менеджер, продюсер, сын своего отца и все это — Игорь Лагутенко. А когда будете читать, не забудьте почти после каждого предложения ставить в скобках «улыбается» или «смеется» (автор улыбается).

Регбист, тренер, музыкальный тур-менеджер, продюсер, сын своего отца и все это — Игорь Лагутенко. А когда будете читать, не забудьте почти после каждого предложения ставить в скобках «улыбается» или «смеется» (автор улыбается).

— Предлагаю начать сначала. Где ты родился и как очутился в Англии?

— Я родился во Владивостоке, но когда мне было 7 лет, я переехал с родителями в Лондон. И первый раз пошел в школу. Я знал только два слова — ball и elephant, «мяч» и «слон», что, в принципе, сочетается с регби: играют в мяч и ребята-«слоны» за тобой бегают. У меня была специальная учительница, которая учила меня и еще одного мальчика из Португалии английскому языку. Мы потом с ним стали лучшими друзьями. У нас английский — ноль, общались больше жестами, что-то друг другу говорили, вроде «Эй! Эй!», играли во всякие игры и быстро подружились. И уже через пару месяцев я заговорил по-английски. У детей это все как-то просто происходит. Единственное, что мне не нравилось — моя учительница заставляла меня писать правой рукой, а я левша…

— А здесь переучивают, если ты левша?

— Нет, это была пожилая учительница, со своими какими-то принципами. Я не захотел переучиваться. Так и остался левшой.

— А дальше что?

— Два года я отучился в Англии, но когда у родителей начались музыка, карьера, разъезды… меня отправили во Владивосток к бабушке с дедушкой. И там я пошел первый раз в русскую школу. Учился 2-й и 3-й класс. Английский шел у меня лучше всего. Дедушка мне до сих пор напоминает, как я все время поправлял учительницу. Она говорила так, а я ей: «Вам нельзя так говорить, нужно вот так!» Она нажаловалась моему дедушке и попросила, чтобы я так больше не делал. Потом я опять вернулся в Лондон с родителями и больше не уезжал. И вот примерно через год у меня началась любовь к спорту. В первый приезд мне, конечно, показали что такое спорт в школе. Что-то видел по телевизору. Да, есть футбол, есть еще что-то, но ничего не понимал тогда и интереса особого не было. Во Владивостоке немного гонял мяч и играл в большой теннис. Но во второй приезд в Англию я сразу начал болеть за «Челси». И это еще до Романа Аркадьевича. Все говорят: Ааа! Ну понятно. Ты русский и поэтому болеешь за «Челси». Все русские болеют за «Челси». А я им — не-е-ет! Я поддерживал команду еще до этого! Я настоящий болельщик.

— И как тебя угораздило?

— Я был маленький и мы как-то с родителями были на вечеринке. Я сидел рядом с другом родителей и все вокруг меня: «Ой, какой славный мальчик! Ой-ой-ой! А за какой футбольный клуб ты болеешь?». Тут же это с детства. А я сижу весь потерянный. Какой еще футбол? Какой клуб? Ничего не знаю. И наш приятель, с кем я сидел рядом, мне в ухо прошептал: «Челси». Говори «Челси». Ну, я и сказал. С тех пор я фанат «Челси». Смотрю игры по телевизору или когда есть возможность, хожу на «Стэмфорд Бридж». На сезонные билеты, правда, еще не перешел.

 — Что ты можешь сказать о сегодняшнем «Челси»?

 — Я очень доволен, что вернулся Жозе Моуринью и вернул стабильность в команду. Я верю в него. Все болельщики верят. Что касается игроков, то я люблю всех. Надо всех любить. Нельзя же говорить фу, что за ужасный игрок! Раз болеешь за свою команду, надо за всех болеть. У меня на клубных майках нет никакого имени. Всех не напишешь, поэтому решил без имени. Покупаю новую майку каждый сезон. Уже штук 10. 

 — А как же появилось регби?

— Регби? В школе на уроках физкультуры каждый семестр нам предлагали новый вид спорта. Я пробовал играть в крикет, хоккей на траве, футбол, теннис… В зимний период мы играли в регби. И как-то учитель физкультуры мне сказал мол приходи на тренировку и попробуй. Мне было 12 лет, я ничего не знал про регби, пришел и меня подписали в клуб. Наш учитель там тренировал, поэтому я начал играть и за школьную команду и за клубную. 

— Что это был за клуб такой?

— Небольшой клуб в нашем районе, который играл в регбилиг. В регби есть два вида: регбилиг и регби-юнион (регби-15) и там совершенно разные правила. В чем отличия я сейчас рассказывать не буду, это очень долго, но начал я играть именно в регбилиг. Получалось. Сказали, что сбивать людей я могу, бежать быстро с мячом я тоже могу, дали мне позицию на крыле — бегай, сбивай и забивай. И вот с 12 лет я играю в регби. Правда, был небольшой перерыв. Я примерно через год перешел в другую школу, в... как это по-русски сказать... в частную школу! Вот! Там было вступительное собеседование и завуч сразу сказал: «О, так ты любишь регби? Большой игрок! Берем!». Меня полюбили и взяли. Но в этой школе играли в регби-юнион, а я же до этого играл в лигу, поэтому возник конфликт интересов.

— Юнион — это какой-то плохой вид регби?

— Нет! Я просто был упрямым. Я тогда думал, что я вырос, играя в регбилиг, а играть в регби-юнион — это как играть в настольный теннис, а не в большой. Сейчас же я понимаю, что регби-юнион — это самый популярный и именно в него играют международные гранды, такие как Англия, Новая Зеландия, Южная Африка... У мировых команд есть сборные и по «лиге» и по «юнион», но престижные соревнования проводятся именно в регби-юнион. У этого вида и спонсоров больше и считается, что смотреть интересней.

— И сейчас ты играешь…

— В «юнион». С того момента я уже играю активно, пусть и на любительском уровне. Был в разных клубах и вот сейчас играю за SaracensAmateurs— любительский клуб команды Saracens, которая стала чемпионом Премьер-лиги в сезоне 2010/2011 года. У нас те же цвета и эмблема. У нас есть свое поле с маленькой трибуной, клубный офис, бар, где проходят разные мероприятия…

 — Какого плана мероприятия?

— Ужин по случаю окончания сезона, например, или рождественский ужин и т. д. О, у нас еще есть тренажерный зал. Почти у каждого профессионального клуба есть любительская команда. Там мы не получаем зарплату, а тренируемся и играем ради любви к регби. Как большая семья. Мы платим членские взносы, дабы поддержать любительский клуб. Когда регби не был профессиональным видом спорта, Saracens существовал только как любительская команда. А когда несколько руководителей клубов объединились и решили создать профессиональную лигу регби, то была создана специальная команда. А любительская команда так и осталась. За нее я сейчас и играю.

— А что же тебе не хватает, чтобы стать профессионалом? 

 — Да мне надо было раньше начинать. Важно, чтобы тебя еще мальчишкой подписывали серьезные клубы. Брали в академию. Но... никогда не знаешь, что случится. Быть может, я сыграю за сборную России или хотя бы потренируюсь с ними.

 — И по какому графику вы тренируетесь и играете в своем любительском клубе?

— Тренировки у нас по вторникам и четвергам. А играем мы по субботам. Встречаемся с такими же любительскими командами, причем многие имеют таких же больших и профессиональных «братьев», как наш Saracens. У нас там все по-серьезному. Боремся за выход в лигу выше нашей, сейчас идем на третьем месте, но до самой высшей лиги о-очень да-ле-ко. 

— А если денег не платят, то на чьи услуги в вашей команде можно рассчитывать? Кто кем работает?

— Студенты, школьные учителя, электрик, юристы, судья. 

— А ты?

— В последние время я работаю тур-менеджером у группы «Мумий Тролль» по зарубежным концертам. И у британской группы Echotape. Почему у «Мумий Тролль», я думаю, понятно, а вот с молодой группой Echotape мы познакомились случайно. Как-то я их увидел на одной музыкальной конференции в Америке. Я продвигал дела «Мумий Тролля», но там мы не смогли близко пообщаться. А потом, когда «Мумий Тролль» приезжал играть концерты в Англии, они у нас на разогреве выступали. И мы как-то: «О! Мы же в Америке виделись!». Подружились, стали отличными друзьями и теперь я и ими занимаюсь.

— Я еще поспрашиваю у тебя про эту твою работу. Но сейчас продолжим с регби. Ты же еще и пробовал тренировать детей, не так ли?

— Да. Когда я уже заканчивал школу, встал вопрос: куда пойти учиться дальше? Мне не интересно было учить физику или математику. Хотел делать то, что мне нравится. Спорт! Поэтому я пошел в колледж учить спортивную науку. И продолжил в университете на факультете спортивной науки и тренировки. Много людей у меня спрашивают: «А что это такое вообще? Как так можно? Как этому можно было научиться?».

 

— Ну как? Это ж как у нас институты или академии физической культуры! И там учат. И там есть чему учиться — я свидетель!

 — Ну, вот и я так! Мы там изучали разные спортивные дисциплины и нас учили быть тренерами. Конечно, чтобы стать большим тренером, надо проходить дополнительные курсы, получать специальные лицензии… У меня пока есть сертификат тренера по регби первого уровня. Планирую свой уровень повышать, но конкуренция очень высокая в Англии. И среди игроков, и среди тренеров. Также нужен опыт. Вот я его и принялся набирать, работая с детьми. Сначала я поехал в Эстонию.

 — В Эстонию? Зачем?

 — Тренировать детей. У меня там много друзей и я решил попробовать поехать туда. Я связался с президентом местной федерации, приехал и начал обучать детей регби и участвовать в местном клубе TallinnTigers. Я пробыл там целое лето. Это был очень хороший опыт для меня. Сейчас в моем клубе Saracens Amateurs я тренирую детей 13—14 лет. Ой, им уже 15 лет! На глазах растут. У некоторых из них есть большие перспективы, они тоже занимаются в удовольствие, но иногда селекционеры приходят и смотрят на их потенциал. Очень сожалею, что на меня в 12 лет никто не посмотрел толком, поэтому я и не стал большим игроком. Но в принципе, даже в таком возрасте у мальчишек есть шанс попасть в академию и стать звездой. Но лучше начинать играть в регби раньше.

 — В России регби определенно не спорт номер один и даже не два. Чем он прекрасен? Ведь здесь почти все знают что-то о регби.

 — У нас говорят так: Футбол — это игра джентльменов, но играют в нее хулиганы, а регби — это хулиганская игра, а играют в нее джентльмены…

 — У футболистов есть своя версия, я думаю…

 — …ух, футболисты! Играть в регби оно как-то особо. Даже в Англии. Здесь футбол популярней, да. Но регби это для состоявшихся в жизни людей. Чаще всего в него играют те, кто учился в частных школах, на трибуны приходят успешные люди. В английском есть такое слово posh (шикарный, превосходный), вот регби — это posh. Ну, так оно, по крайней мере, позиционируется и к этому стремится. На трибунах совсем другая атмосфера, не такая, как на футболе. Там болельщики что-то орут, дерутся за что-то… У нас на регби все более, можно сказать, дружелюбно. Играют, например, Англия и Франция, хоть и не нравятся тебе французы, но ты постоишь с ними, выпьешь пинту пива, обсудишь матч… никакой агрессии.

— Но на поле спортсмены выглядят куда более агрессивно, чем в футболе.

 — Да, мы играем агрессивно, но на самом деле мы всегда спокойны. Нас с детства учат, как правильно бежать, как сбивать соперника… поэтому ты думаешь только об этом. Регбисты это добрые великаны. И если я играю с каким-то большим регбистом в 6 футов, смотрю на него и да-а-а… опасно. Но ты его сбиваешь в ноги и тебе не больно. Хотя моя задача на крыле поймать мяч и быстрей бежать.

 Я бы порекомендовал всем родителям отправлять своих детей на регби. Это очень увлекательная игра, где не только само участие является позитивным, но где ты можешь получить разные жизненные уроки в плане командного духа, где «Один за всех, и все за одного!».

— И все же на английских улицах больше футбола. Когда страна заболевает регби?

— Каждый февраль проходит «Турнир шести наций». Англия, Франция, Ирландия, Уэльс, Шотландия и Италия соревнуются между собой, и тогда вся Британия начинает смотреть регби. Даже те, кому регулярный чемпионат на уровне клубов почти не интересен. Так же еще осенью, когда к нам приезжают команды с южного полушария. И вот тогда все смотрят по общедоступным телеканалам и все хотят попасть на стадионы. Я сам хожу на такие матчи, по возможности. Билеты на матчи сборной хоть и дорогие, но разлетаются моментально, а через наш клуб можно «урвать» билеты на хорошие игры. Главное успеть вовремя записаться в очередь. И конечно же, смотрят Кубок мира, который, правда, приходится ждать по 4 года.

 — А что ты знаешь о регби в России и нашей сборной?

 — Я знаю, что регби сейчас развивается. В 2011 году Россия впервые участвовала в Кубке мира. С самой Австралией играли. Я помню, просыпался специально в 6 утра (разница во времени), смотрел, болел за ребят. Поскольку у меня еще два друга играют за нашу сборную, я поддерживаю сборную России и в курсе основных событий.

 — И кто они твои два друга?

— Знаю Василия Артемьева, который играет за английский NorthamptonSaints — большой клуб Английский Премьер-лиги. Он переехал в Ирландию примерно в моем же возрасте и там он научился регби. Он прошел все стадии и стал профессиональным регбистом высокого уровня. Второй друг — Юрий Кушнарев, который играет за «Кубань». С командой он стал чемпионом по регби-7, завоевал и другие титулы. Они даже сюда приезжали играть в «семерке». И вот с ними я иногда общаюсь: как дела, давайте пересечемся…

— А к тебе из сборной не обращались? Не приглашали?

— Ко мне не обращались. Но меня знакомили. Знакомили с исполнительным вице-президентом федерации регби России Ховардом Томасом. Я с ним связывался до Кубка мира в Новой Зеландии, чтобы получить возможность поработать с ними в качестве администратора или помощника менеджера команды. Он сказал: посмотрим-подумаем, но почему-то так и не случилось. Но я все равно жду этого момента! В 2015 году Кубок мира будет проходить в Англии и мечтаю, что Россия будет участвовать в турнире. И вот тут-то я и пригожусь. Я надеюсь. Очень бы хотелось войти в сборную и как-то быть им полезным в качестве переводчика, менеджера… я не знаю… тур-менеджера сборной России по регби.

— А может поиграть?

— Почему бы нет? Я на Василия смотрю! Он мой ровесник, на год старше, но он такой большой! Настоящий регбист! Я по сравнению с ним намного меньше. Но все равно... Но в плане менеджмента я уверен, что мог бы быть полезен.

— И мы сейчас передаем привет из Лондона руководителям российского регби!

— Да! Сейчас наша сборная, кстати, в Великобритании (на момент интервью сборная России по регби проводила тестовые матчи с командой Оксфордского университета, со сборными Японии и США). Пойду смотреть, когда будут в Лондоне играть.

— Вот им всем привет! И, почти закрывая тему регби, можно я задам лично меня волнующий вопрос? Регбисты они такие большие, крепкие, фактурные и у них… как бы так сказать… «синдром Бейонсе». Мне интересно какими упражнения достигаются такие результаты? Совсем как у Бейонсе не надо, но немного не помешало бы.

— Упражнений таких специальных в регби нет. Ведь вся команда разделена на две группы. Первая восьмерка, которая в «черепахе» участвует — они все большие «кабанчики». А задняя, креативная группа — быстрые бегуны и мы более атлетичные… легкоатлетичные. Это не упражнениями добивается. В «черепаху» выбирают уже таких фактурных регбистов.

— То есть мне опять не повезло. Не узнаю я секрет вечной красоты.

— Ну не все мужчины хотят как у Бейонсе, на самом деле. И я даже не интересовался, как достичь таких форм. Либо это есть, либо этого нет.

— А регбисты пьют алкоголь?

— Да, есть такая традиция. Не каждый день, конечно же, но после матча всей командой пойти в паб — это обязательно. Даже есть специальные правила, например: нельзя показывать пальцем. На какие-то предметы, на людей… то есть, мне вот этот эль (показывая бармену пальцем какой) — так делать нельзя. Того, кто провинился, заставляют делать дополнительный большой глоток пива из стакана на толщину его пальца. А у регбистов пальцы будь здоров — глоток серьезный надо сделать.

— И как тогда показывать на «вон то»?

— Локтем.

— Хм. А еще какие фишки придумывают?

— Ругаться нельзя. Сейчас все не вспомню, но в принципе это отдельная культура у команд регби. У каждой команды есть свои такие традиции, о которых игроки не могут рассказывать, даже переходя в другой клуб. Что есть в регби клубе — остается в регби клубе. Поэтому я не буду выдавать секреты.

— На следующих Олимпийских играх в Рио-де-Жанейро будет представлено регби-7. Как тебе это?

— Отлично! Это правильно! Хорошая новость. Я уверен, что на Олимпийских играх в Рио-де-Жанейро регби ждет успех. Очень жаль, что на Олимпиаде в Лондоне регби было включено только в Паралимпийскую программу (на колясках). И это в стране, которая является родоначальницей этой игры?!

— А Лондонская Олимпиада не прошла мимо тебя, не так ли?

— Да, да. Меня выбрали волонтером. И все Олимпийские и Паралимпийские игры я провел в «Акватик Центре». В официальном пресс-офисе. Я подал заявку, поставил «галочку» что мне интересно, но, правда, не помню, чтобы я отмечал слово «пресса». У меня нет специального образования в этой области, но вот пришлось быть практически журналистом. Мне надо было брать интервью у спортсменов в смешанной зоне после стартов, записывать самое интересное и бежать «забивать» это в общую базу интервью. Потом журналисты со всего мира могли пользоваться этими интервью и включать их в свои репортажи. Несколько моих интервью использовались в материалах некоторых изданий. Видел!

— Интервью надо было брать у всех спортсменов или…

— Моя задача была опрашивать русскоговорящих. Из России, Украины, Белоруссии и т. д. Я работал на всех соревнованиях. И на плавании, и на прыжках в воду, и на синхронном плавании. Все то же самое было и на Паралимпиаде. В общем, был как репортер «Олимпийской газеты».

— И как наши спортсмены? Кто самый молодец?

— Очень понравились наши прыгуны в воду Илья Захаров и Евгений Кузнецов. Хорошие ребята. Очень дружелюбные. С ними было приятно общаться. Девушки из синхронного плавания просто замечательные! И очень веселые. Они общительные и могли очень долго отвечать на все вопросы.

— Приходилось брать интервью только у наших?

— В основном. К таким, как Майкл Фелпс, было не пробиться, но постоять и подслушать, посмотреть медаль возможности были. Общался с Томасом Дейли (прыгун в воду из Великобритании), который выиграл здесь бронзу. Хороший парень. Вот так.

— Было сложно?

— Для человека, который никогда этим не занимался, поначалу было трудновато. И нужно ж было все это на скорость писать, и ничего не упустить (показывает, как пишет от руки).

— А не на диктофон писали?

— Это я уже потом на диктофон перешел. Но сначала в блокнот. И у тебя всего 10 минут времени, чтобы все уже оказалось в базе. Записал. Надо было быстро бежать. А мне ж еще переводить. Но было интересно. Хороший опыт от всего этого и мне понравилось. И это как-то открывает двери на другие вот такие большие мероприятия, которые когда-то будут происходить.

— Здесь, в Лондоне?

— И в Лондоне. А может в Рио-де-Жанейро. Или в Сочи, например.

— Сочи? Тебя пригласили в Сочи?

— Да, нет. Я, конечно же, встречался с ребятами, которые работают в Оргкомитете Сочи 2014 и в Лондоне стажировались. По-дружески мы этот вопрос обсуждали, но ничего серьезного. Однако, уже и так хорошо, что я поработал на Олимпийских играх. Это дало многое и в эмоциональном плане. Например, встреча с премьер-министром Великобритании Дэвидом Кэмероном…

— Дэвидом Кэмероном?! Скорей рассказывай!

— Да! Он приезжал с лордом Себастьяном Коу, который здесь был организатор всех игр. Как это все случилось? За день до начала Олимпийских игр, накануне открытия, мы были в офисе на инструктаже и готовились к работе. Так получилось что только мы, 12 волонтеров, находились в это время ближе всех к станции метро «Стратфорд» (ближайшая станция к Олимпийскому парку). И нас попросили лично встретить премьер-министра на этой станции.

— Еще и метро! Продолжай…

— Они приехали на метро, да! И все почему-то испугались. Один волонтер сказал: я не консерватор — я лейборист и не хочу идти. А мне было все равно. Поднял руку. Господи, что ж вы все так перепугались? Давайте, я! И мне сказали: беги тогда на станцию, найдешь того-то, скажешь я такой-то, тебя направят. Ну, я и побежал. И еще только один человек побежал со мной. Мы прибежали вовремя. Я их встретил. Здравствуйте-здравствуйте! Поговорили. Премьер-министр спросил, чем я занимаюсь. Играю в регби. Обсудили, что регби войдет в Паралимпиаду в Лондоне. И я где-то полтора часа им показывал весь Олимпийский парк, где у нас что. Осмотрели главный стадион, там как раз шла репетиция церемонии открытия, я увидел маленький кусочек того, что будет происходить. Вот так мы вчетвером — Дэвид Кэмерон, Себастьян Коу, я и моя коллега — гуляли по парку. Потом видел себя на фотографиях в газетах, по телевизору в новостях… Друзья звонили-писали: «Ааа! Мы тебя только что с премьер-министром по телевизору видели!». Было очень интересно. Очень!

— Класс! А остальные соревнования так и не увидел?

— Нет. Мой пропуск работал только в «Акватик Центр», и только там я и работал. Но нам разрешали ходить на трибуны и смотреть соревнования, так что в бассейне много чего посмотрел. Вот так все и прошло у меня на Олимпиаде. Осталась форма. Два комплекта. И с Паралимпиады два комплекта. На память. Для истории.

— По-моему, все прошло отлично. Поздравляю! И напоследок давай вернемся к твоей нынешней работе. Тут в Англии ты понимаешь, насколько твой папа в России крут?

— Для меня он просто папа. Меня иногда спрашивают: как ты себя чувствуешь? Как себя ощущаешь? Я просто им горжусь и помогаю ему в работе. Мы с ним как лучшие друзья, все время обмениваемся советами: жизненными и музыкальными. 

— Хорошо, ну а какой он начальник, коль ты у него работаешь.

— Это я у него начальник! У всей группы. Ну... почти начальник. Говорю, во сколько и где быть, всех ставлю на место. 

— Концерты в Англии, они настолько же успешны как в России?

— За последние полтора года мы уже сделали два тура. Объехали все большие города Британии. Площадки, конечно, меньше чем в России. Группа записывает альбомы на английском языке, чтобы быть понятными западной аудитории. Надо показывать свою музыку. И пока это получается. На концерты приходят люди из музыкальной индустрии. Им это интересно, а нам хорошо. Мне тоже интересно сходить на знаменитую Бразильскую или Японскую группу, например. Я люблю рок. Бываю на концертах любимых групп. Muse, недавно ходил на FranzFerdinand и DepecheMode. На DepecheMode публика была очень взрослая и меня с мои другом (я ходил как раз с солистом Echotape) спросили: что мы такие молодые тут делаем? А я вырос на этом, ведь музыка — это часть моей жизни. Ну а по большому счету, мне нравится помогать «Мумий Троллю» в разных сферах музыкального менеджмента. 

— А что же в будущем? Ты себя видишь в музыкальном менеджменте или спортивном?

— Вот… не знаю пока. Больше получается сейчас в музыке. Вот есть уже и свой проект, не только «Мумий Тролль». Echotape записывает второй альбом. Надеемся дальше пробиваться. Но я не теряю надежд пригодиться и в спорте. В сборной России по регби, например. Честно говоря, я не знаю, откуда у меня такой интерес к спорту. Родители особо спортом не занимались, ну разве что для себя. Папа был в яхт-клубе, катается на серфинге. Мама в детстве карате и плаванием увлекалась. Но это все несерьезно было. Думаю, это от моего прадеда передалось, который был капитаном футбольной команды «Динамо» в 1946—1948 гг. в Магадане. В семье у меня музыканты были, и архитекторы, и дизайнеры, и инженеры, и ихтиологи, и преподаватели университета. Не знаю… музыка… спорт…

— Хорошо. Тогда так. Когда у тебя будут дети и если будет мальчик. Ты его куда поведешь в музыкальную школу или в академию регби?

— Регби! С музыкальным уклоном…

Оценить 0
Рекомендуем
РИА
Новости
Лента
новостей
Сначала новыеСначала старые
loader
Онлайн
Заголовок открываемого материала
Чтобы участвовать в дискуссии
авторизуйтесь или зарегистрируйтесь
loader
Чаты
Заголовок открываемого материала