Регистрация пройдена успешно!
Пожалуйста, перейдите по ссылке из письма, отправленного на
Матч-центр

Золотарев: у многих наших стрелков не было желания победить на Играх

Главный тренер олимпийской сборной России по стрельбе Игорь Золотарев в беседе с корреспондентом агентства "Р-Спорт" заявил, что российские стрелки психологически были не готовы бороться за медали, что у них не было желания победить во что бы то ни стало, а сам он не сумел подвести команду к пику формы.

Главный тренер олимпийской сборной России по стрельбе и спортивный директор Стрелкового союза России (ССР) Игорь Золотарев, взявший на себя вину за провальное выступления на Играх в Лондоне, в беседе с корреспондентом агентства "Р-Спорт" заявил, что российские стрелки психологически были не готовы бороться за медали, что у них не было желания победить во что бы то ни стало, а сам он не сумел подвести команду к пику формы.

Самое большое поражение в жизни

- Вы приняли окончательное решение об отставке?

- Да, я в ближайшее время напишу заявление с просьбой меня уволить, потому что беру вину на себя. По результатам этой Олимпиады было бы не удивительно, если бы мы легко получили 6-8 медалей. Беликова, Шомин, Вдовина, Яскевич, Климов. Если бы на Олимпиаде складывались результаты, а не места, мы были бы впереди с большим отрывом. Но так не бывает. Нужны медали, а их нет. Я не сделал все, что мог и должен был сделать, не проявил настойчивости и отваги, которая была необходима. Сейчас нужно сделать много выводов, в том числе административные и кадровые, править систему подготовки, календарные планы.

- Был ли смысл озвучивать накануне Олимпиады, что все ваши стрелки могут выиграть медали?

- Нас до Олимпиады непрерывно спрашивали, сколько будет медалей. У меня в команде 22 человека, и я должен был выйти и сказать, что взял на себя план две медали, давайте, ребята, поднимите руку, кто больше хочет. Сказать им, что в двоих верю, а в остальных 20 - нет. Как вы это себе представляете? Я ни в ком из них не сомневаюсь. Каждый из спортсменов достоин завоевать олимпийскую медаль. Если я не верю в стрелка, зачем я его повезу сюда? Это мои люди. Помимо того, что я 42 лет в спорте и всех их знаю с раннего детства, я прожил с ними жизнь. Это моя команда, моя семья.

- Были ли у команды какие-то конфликты, группировки? Говорят даже о "сливе"...

- Не знаю о таком. У меня очень дружная команда, все друг за друга болеют, даже бывшие супруги. За счет объективного отбора мы убрали всяческие кляузы, основания для подозрений. В команде нет любимчиков. Это лучшая команда, которая была за многие годы. Просто надо понимать, что идет смена поколений. Взрослые уходят, молодые только подходят к своему пику.

- Выступление на Олимпиаде для вас совершенно непредсказуемо?

- Все спортсмены работают, ни в одного не поднимется рука ткнуть пальцем и сказать, что он что-то не сделал. Мы присутствуем во всех финалах. Нельзя сказать, что результаты низкие. Но в финале что-то не позволяет занять призовое место, мешает именно на конечной стадии. Спортсмены были не готовы сражаться до последнего патрона. Очевидно, это моя вина. То что нет медалей, результат моей ошибки. Я неумело подвел команду к этому старту, к пику формы. Видимо, нужно было заранее пересмотреть систему подготовки, потому что есть явные промахи. Например, в стрельбе из малокалиберного пистолета Исаков и Екимов отдали медали в последней серии. Мы недостаточно времени уделяем общефизической подготовке. И есть необходимость пересмотреть календарь, как мы подходим к соревнованиям, кто как участвует. Членам основной сборной надо давать больше возможности участвовать в международных стартах.

- Разговора с президентом ССР Владимиром Лисиным у вас еще не было?

- Пока нет. Мы пока это не обсуждаем. Надо закончить соревнования. Президент должен сделать выводы. После такого результата должны быть приняты все меры – кадровые решения, изменены планы, критерии отбора, подготовки. Процессы, которые мы затеяли в команде 2,5 года назад, очевидно, имеют долгосрочный характер. И тот, кто придет мне на смену, будет в лучшей ситуации, чем находился я. Мы очень много поменяли в команде за три года.

- Этот период на Олимпиаде - самые тяжелые дни вашей жизни?

- Безусловно. Это для меня самое большое поражение в моей жизни. Я эту команду подвел и не имею права быть дальше ее лидером. Должен быть новый лидер, которому команда поверит и за которым пойдет. Перестал писать конспекты, которые спортсменам помогали, займусь больше теорией.

Скамейки запасных в стрельбе нет

- Состав этой сборной в Лондоне был оптимальным? В России не осталось ни одного стрелка, который мог бы выиграть медаль?

- Сложно сказать. У нас в России есть стрелки, которые чуть-чуть не прошли в команду. Конечно, у нас есть потенциал, есть очень перспективные молодые ребята. Конечно, объективно здесь все сильнейшие. На мой взгляд, отбор был почти близок к идеальному. В будущем, конечно, отбор надо будет корректировать обязательно. Но в целом эта система была объективной.

- Любови Галкиной нравится предыдущая система отбора, так как она больше учитывала самые свежие старты перед Олимпиадой.

- Не хочется называть фамилии, потому что спортсмены у нас очень ранимые. Но перед прошлой Олимпиадой стрелок, который был 38-м в мировом рейтинге, выигрывает чемпионат России, и его берут на Олимпийские игры. По-моему, он занял 28-е место. Таких примеров я знаю очень много. То, что человек три дня назад показывает какой-то большой результат, не означает, что он  покажет его сегодня. Может быть, отбирать людей за пять минут до старта? А за два дня – это много? А за месяц? За полгода? Год? Нужна надежность. Что делать, если человек на международных соревнованиях не показывает результатов, а дома выигрывает первенство страны? Он же сильнейший, но вы понимаете, что нет. Вообще есть два подхода: тренерский отбор либо объективный отбор. Никакой третьей системы не существует. Раньше было не так, скамейка была большая, и можно было ткнуть пальцем в первого, третьего или пятого, и это была бы медаль. Скамейка была до горизонта, был запас, мы были лучшей командой в мире с большим отрывом.

- Сейчас скамейки нет?

- А откуда она возьмётся? ДОСААФа нет, "Динамо" нет, армии нет. Нет детей, нет массовости. Часто задают вопрос о том, почему мы проигрываем китайцам. Тут простая статистика. Посмотрите на то, сколько детей в Китае занимается стрельбой и сколько в России. У них в первенстве провинции Сычуань участвуют 3000 человек, а у нас на чемпионате страны - 200. И что вы хотите? У них миллионы детей живут в спортивных интернатах и занимаются только спортом, а у нас миллионы сидят дома и играют в Xbox. Откуда появится конкуренция с китайцами при таком отношении к спорту в России? С чего вдруг?  Это отношение государства. Когда спрашивают, почему мы проигрываем Олимпиаду, надо начать с того, что посмотреть, как государство относится к спорту. Тогда всё станет понятно, у кого сколько будет медалей.

Никогда патрон не определял результат

- Вопрос по результату Олимпиады в том, что все так хорошо, но спортсмены не собрались, или плохо, что кому-то чего-то не дали?

- Со стороны спортсменов будет не очень порядочно сказать, что кому-то чего-то не дали, кого-то обделили. Недовольные есть всегда – вы хотели картошки, а я - мяса. Угодить всей команде невозможно. Принципиальное отличие команды по стрельбе в том, что в ней огромный возрастной разброс, то есть от 17-летних до 50-летних. Это команда индивидуальностей, характеров, очень сложных личностей. На мой взгляд, у команды были абсолютно все условия. Есть прекрасная база, на которой мы готовились, с точки зрения оборудования и вооружения всё есть. И упрекать кого-то, что нам чего-то не дали и поэтому мы плохо выступаем, нельзя. Если бы все было плохо, чего-то не хватало, мы бы не показывали высоких результатов. Поэтому все претензии здесь только к нам – ко мне и к спортсменам. Почему я не вырвал в финале эту медаль? Чемпион - это не тот человек, который знает что-то, чего не знает другой. Они здесь все знают одно и то же. Никаких секретов нет. Все знают, как сделать правильный выстрел, но кто-то делает, а кто-то нет. Побеждает тот, кто хочет этого сильнее. Мы на сегодняшний день не хотели этого достаточно сильно. Если вы скажете, чего бы вам не хватало? Патронов? Винтовок?

- Вот Любовь Галкина как раз озвучила эту проблему. И Артем Хаджибеков. Про патроны и винтовки.

- Я же говорю, угодить на всех невозможно. Если вы спросите, какие они хотят патроны? Они хотят такие, как у Сергея Мартынова, который за последние несколько лет попал 600 25 раз. Мартынов стреляет великолепно патроном «Олимп» 1985 года производства, который хранит у себя где-то под кроватью или в холодильнике. Если верить некоторым нашим стрелкам, тому же Хаджибекову, если отнять у Мартынова эти патроны, украсть из-под кровати, то Хаджибеков тоже начнет попадать 600. Это чушь! Никогда патрон не определял результат. Конечно, без системы патрон-оружие нельзя попасть 600, но это не все.

Пусть Хаджибеков скажет, что за четыре года, которые прошли между Олимпиадами, у него не было возможности подобрать себе патрон. Пусть он это скажет в камеру. Была у него такая возможность! Сколько он сюда стволов привез? Два. Сколько патронов? Полно. На мой взгляд, в команде есть очень плохая тенденция искать причины извне, а не в себе. Патрон не летит, винтовка не стреляет, погода плохая. Это все оправдания для слабых. Мартынов вышел и попал семь сотен подряд, худшая из которых 105. И патрон здесь не причем. Стреляет не патрон и не винтовка, а человек, его сердце и желание победить. А этого желания я не вижу у многих наших спортсменов. Есть желание получить медаль, но нет желания лучшим образом сделать свою работу.

Ошибка Галкиной

- Вы совмещаете должности спортивного директора и главного тренера только на Олимпиаде. Многие считают неправильным, что до этого у команды не было главного тренера. Не считаете, что было ошибкой оставить команду без главного тренера?

- Мне сложно сказать, потому что это было наше решение. Когда спортсмен выходит на Олимпиаду, с кем он должен общаться? С главным тренером? Нет. Главный тренер не работает со спортсменами, он работает с тренерами. Если я начну работать со спортсменом, тренер группы, потом еще кто-то, у спортсмена поедет крыша. Ему будет непонятно, кого слушать и что делать, у каждого специалиста свое мнение. Поэтому со стрелком работает тренер по группе. Главный тренер только собирает тренеров и спрашивает: "Ребята, как у вас дела, какие проблемы? Чем я могу помочь? Что нужно сделать?" Каждый отвечает за свое направление. Я контролирую работу, составляю планы. Зачем еще один человек? Главный тренер - он и есть спортивный директор. Забудьте, что я спортивный директор, считайте, что я главный тренер.

Вот стоит Исаков в наушниках. Он нас не слышит. Вы подойдите к нему и спросите: кто виноват? Я уверен, он скажет: "Я виноват". Потому что он порядочный человек и честный. Люди, которые не умеют признавать своих ошибок, обречены. Исаков будет одним из лучших в мире всегда. Он может взять на себя ответственность. А кто-то другой скажет: "Ну, да, я бы пострелял, но на завтрак не было макарон. А я их так люблю. Что вы ожидаете? Без макарон я не могу стрелять. Мы ехали, а водитель повернул на желтый свет. Меня это расстроило, не могу стрелять. А потом еще тренер положил ногу на ногу. Он знает, что меня это раздражает, а все равно положил. И воду я хотел зеленую, а мне дали голубую. Ну как я могу стрелять с голубой водой?" Эти люди придумывают любые причины своих неудач. И они не добиваются успеха.

- Галкина посоветовала начать готовиться к следующей Олимпиаде уже сразу после этой, а не как к Лондону, когда за полгода начали спрашивать, что нужно.

- Кто мешал Галкиной готовиться заранее? Хаджибекову кто мешал? Что значит не за полгода? А чем она занималась все эти четыре года? Что она делала? Кто мешал Галкиной, сразу приехав из Пекина, подобрать себе патрон и им стрелять? Кто виноват?

- А у них была такая возможность? Если они озвучивают проблему, значит, нет.

- Значит, у них нет. А у меня такая возможность есть. Я сильно удивлюсь, если Галкина сейчас скажет, что у нее нет зачетного патрона, что она здесь стреляла патроном, который купила в магазине. Стреляла она тем патроном, который ей подходит. Когда стрелок показывает результат, близкий к идеальному, на внутренних соревнованиях, а потом приезжает на международные и не показывает результат, причем тут патрон? Не вижу связи. Если Люба ищет причину своего выступления в патронах, то это ее ошибка. Люба вообще моя внутренняя совесть, поскольку у меня собственной нет. Люба, Артем, самые уважаемые в мире люди. Компания «Элей» зависит от этих людей. И они дадут им патронов, сколько нужно, даже если ССР их не оплатит. Наш замечательный завод «Олимп» не может наладить работу. Не хотят. Мы много раз там были. Но они не могут и не хотят этим заниматься.

Хаджибекову нравится курить вместо зарядки

- Вы сказали про замечательную базу, но тот же Хаджибеков не живет на базе, потому что ему не нравятся условия - столовая с общими подносами, странной едой, отсутствие телевизоров.

- Это не поэтому он не живет на сборах. Просто Хаджибекову не нравится вставать утром и ходить со всеми на зарядку. Ему не нравится ходить на тренировку в 10, а хочется тогда, когда хочется Хаджибекову. Потому что Хаджибекову нравится вместо зарядки курить, а мне это не нравится. И мне не нравится, когда у всех тренировка начинается в 10, а у Артема - в 12. С Артемом или любым другим спортсменом принцип у меня один: ты хочешь с нами тренироваться — у нас есть правила. Это спортивная команда. Если один вместо зарядки пойдет курить, другой есть, а третий вообще решит спать до обеда, тогда не будет никакой дисциплины. Зачем нужен такой сбор? Ни у одной спортивной команды нет такого. Хочешь тренироваться с нами – пожалуйста. Если Артем приезжает на мой сбор, но отказывается выходить на зарядку и на ОФП, на тренировку вовремя, я с этим не согласен, потому что остальным мне это не объяснить. В случае с Артемом – сиди дома и тренируйся так, как тебе удобно. А создать индивидуальные условия каждому для 80 человек невозможно. Я уважаю решение Артема, как и его самого, это гениальный человек, возможно, самый гениальный среди нас всех. Но этот человек живет по своему собственному сценарию, и то что он с нами не тренируется, он реализует свой собственный сценарий, который я не могу ему организовать.

- Хаджибеков говорил, что полтора года назад были закуплены самые современные винтовки, но до спортсменов они до сих пор не дошли.

- Проблема такая: какой-то злобный дядя, я, например, сидит на куче винтовок, смотрит, чтобы они правильно ржавели, и старается их никому не дать, спортсменов отгоняет от них палкой. Вы действительно так себе представляете эту историю? Вот если бы сказали, винтовки были закуплены, а Золотарев их продал и заработал.

- А где эти винтовки?

-  На складе они. И дело тут не в том, что мы их не даем, нарочно сговорились с тренерами: давайте обидим Артема как-нибудь так замысловато, например, будем дразнить его винтовкой, вот, Артем, у нас винтовка, но мы тебе ее не дадим. Есть законы, и я не могу просто так купить винтовку и дать Артему.

- Получается, винтовки уже полтора года как лежат. И невозможно ничего сделать?

- Это сложно. Есть много правил. У Артема должна быть организация, которая готова принять на ответственное хранение. Должны быть основания. Там тысяча моментов. Есть проблемы с легализацией оружия. Чтобы спортсмен этим пользовался, это надо передать ему. Да, у нас это не получилось. Возьмите интервью у Дмитрия Воронина, который этим занимается. Он уже оббил все пороги в МВД в разрешительной системе. Это наша беда. В том числе и государственная беда.

- А почему тогда Хаджибеков за полтора месяц до Олимпиады говорит, что у него нет патрона, которым он мог бы показать абсолютный результат и нет возможности отстрелять

- Я не знаю почему. Конечно, в команде есть проблемы. Все ли идеально с оружием? Нет. С патронами? Нет. Проблемы с тренерскими кадрами? Есть. Но это все – моя проблема. Это то, с чем я не справился.

Рекомендуем
Лента новостей
0
Сначала новыеСначала старые
loader
Онлайн
Заголовок открываемого материала
Чтобы участвовать в дискуссии
авторизуйтесь или зарегистрируйтесь
loader
Чаты
Заголовок открываемого материала