Регистрация пройдена успешно!
Пожалуйста, перейдите по ссылке из письма, отправленного на

Троеборец Митин: чтобы победить на Олимпиаде в Рио-де-Жанейро, нужно быть Хоттабычем

© РИА Новости / Елена СобольРоссийский троеборец Андрей Митин, выступающий с лошадью Гюрзой
Российский троеборец Андрей Митин, выступающий с лошадью Гюрзой
Читать в
Российский троеборец Андрей Митин, выступающий с лошадью Гюрзой, в преддверии старта в интервью корреспонденту "Р-Спорт" Елене Соболь рассказал о том, как прошла его подготовка к Играм, поделился особенностями характера своих лошадей, а также поведал, почему выиграть Олимпиаду в Рио невозможно, но рецепт успеха на будущее у него есть.

Олимпийский турнир по конному спорту в субботу в Рио-де-Жанейро открыли троеборцы, которые выступили в выездке. В воскресенье состязания продолжатся, в них примет участие еще два россиянина.

Российский троеборец Андрей Митин, выступающий с лошадью Гюрзой, в преддверии старта в интервью корреспонденту "Р-Спорт" Елене Соболь рассказал о том, как прошла его подготовка к Играм, поделился особенностями характера своих лошадей, а также поведал, почему выиграть Олимпиаду в Рио невозможно, но рецепт успеха на будущее у него есть.

 

- Андрей, насколько тяжелым для вас получился олимпийский отбор с учетом того, что вам удалось отобраться сразу на двух лошадях?

- Побороться пришлось немало. Но, честно говоря, мне казалось, что это будет сложнее. Где-то было непросто, потому что у меня было два неудачных старта. Но в целом все сложилось, тот сезон получился неплохим, хотя мог быть и лучше. Совершал ошибки, если бы не они, результат был бы еще лучше. Просто я пошел по более рискованному пути, и риск не оправдался. Это было ошибкой.

- Какие ощущения перед главным стартом?

- Вообще Олимпиада, конечно, это пик, то, к чему мы все идем. Я не попал на те Игры, хотя были все возможности и очень хорошая лошадь была... Но, думаю, не получилось из-за травмы руки. Хотя отбор был гораздо проще, тогда можно было отбираться, набирая очки на разных лошадях. Сейчас критерии усложнили, но это не помешало отобраться.

Итоги первого соревновательного дня Олимпийских игр в Рио-де-Жанейро >>>

 

Гюрза, Кайзер и Амплитуда

 

-Вы отобрались на двух лошадях – Гюрзе и Кайзере. Сложно ли было выбирать, с кем поедете на Олимпиаду?

- Нет, выбор сделать было нетрудно, мы заранее определились. Вторая лошадь шла как подстраховка на случай форс-мажора с первой лошадью.

- Итак, выступит Гюрза. Расскажите, пожалуйста, про нее – какая она?

- Знаю ее с двух лет. Знаю ее маму Габоню, она становилась чемпионом России в группе "Б" с Павлом Сергеевым, моим близким другом. Габоню отвезли в кировский конный завод, там ее покрыл немецкий жеребец Квазимодо, и Гюрза была первым жеребцом, поэтому она такая маленькая. К нам она пришла в два года, я ее заезжал. На ней моя супруга выступала на турнирах одной звезды, потом мы планировали отвезти ее во Францию, но никак не получалось. Было падение на кроссе обидное, и мы не отобрались. Первый старт тоже получился неудачно – пять повалов на конкуре, а надо не больше одного. У нее это было один раз, и больше такого не повторялось. Мне говорили, что и у Габони такое было – тоже только один раз, и больше нет. Сейчас самое большое - в том году два повала было. Главное будет отпрыгать спокойно, без штрафных очков.

Самое главное, что у нее боевой характер, на стартах она концентрируется. Как будто бы понимает. Горячится в меру, но при этом не теряет контроля. Чего бы мне хотелось, так это чтобы она побольше расслаблялась. Думаю, к этому мы тоже придем, к этой расслабленности. А так она хорошо концентрируется что на полевых испытаниях, что на конкуре. У нее очень хорошие крови, поэтому она быстрая, выносливая, у нее хорошее дыхание. Еще бы роста добавить! Было бы на порядок лучше. Но ей вроде хватает. Быстрая, крепкая.

- Кайзер совсем другой?

- У него отец – Корнет Оболенский, один из лучших производителей в мире. По природным данным ему гораздо больше дано, чем Гюрзе. Но он не дает выступать, каждый раз срывает программу, волнуется, хотя на тренировках все делает. Он срывает манежную езду в первый день, в поле и конкуре тоже слишком сильно горячится, не дает управлять им, как мне бы хотелось. Эта горячность и нервы мешают ему. Есть такое, что с возрастом лошадь успокаивается. Но у меня с ним наоборот, мы начинали спокойнее, а теперь все хуже и хуже, он сильнее начинает горячиться. Не знаю, пройдет ли это и когда.

Россияне в воскресенье претендуют на медали Олимпиады в шести видах спорта >>>

-Получается, двойную работу перед Играми делали: готовили основную лошадь и одновременно запасного.

- Тройная работа была на самом деле. Еще работал с молодой лошадью, Амплитудой, которая не отобралась, но уже перешла на одну ступеньку выше – трехзведочные турниры. Она еще молодая, ей восемь лет. Она абсолютно спокойная на всех стартах. Вот бы ее характер Кайзеру, он бы был просто феноменальным конем! Но при этом не сравнить силу прыжка Кайзера и Амплитуды, у него генетика, они все прыгают.

 

Сахар как похвала

 

- Как работаете над ментальной частью лошадей?

- Никаких психологов нет, сами работаем, индивидуальный подход к каждой. Подбираем работу – более эмоциональную или же наоборот расслабляющую.

- Как общение строится?

- Есть люди, которые легко общаются со всеми животными. Вот у меня это как-то с самого детства. Я их понимаю, они меня. Редко те, кто не понимают животных, остаются в конном спорте, может быть, разве на любительском уровне.

Общение строится не на словах. Когда верхом – повод, ноги, шенкеля. Мы даем команды, обучаем определенной реакции на них. Со стороны кажется, что всадник ничего не делает, это приходит с годами. Мы к этому стремимся, чтобы с виду не было заметно, какими средствами управления всадник пользуется, а лошадь делает все сама – с удовольствием, без какого-либо сопротивления. Это ценится в выездке.

- Как хвалите?

- Голосом, похлопыванием, даем какие-то сладости – сахар, морковку. Как правило, сахар.

- Троеборье - самая сложная дисциплина конного спорта. Какой из трех видов вам лучше удается?

- Когда был помоложе, у меня любимыми были полевые испытания и не очень любил манежную езду. Может, это приходит с профессионализмом, но теперь выездка мне нравится не меньше, чем конкур, например. Конечно, хотелось бы, чтобы достичь большего результата, заниматься выездкой отдельно и выступать на Больших призах, а также отдельно прыгать высокий конкур. Топовые всадники так делают, поэтому у них три вида хорошо сочетаются.

Я работаю с тренером по выездке отдельно, думаю, первый вид мы улучшим на порядок. Но не хватает времени немного, если бы зиму отработать с тренером, это бы принесло свой результат.

- В манеже лошади как-то помогают друг другу?

-Нет, ничему друг у друга не учатся. Максимально, что могут понять – если одна лошадь пошла через ручеек, а вторая боится, то вторая, увидев, что та идет, согласится пойти за ней. Но это, наверное, больше стадное чувство.

- С барьерами так не работает?

- Работает, конечно. Молодых лошадей именно так и в воду заводят, и канавы и барьеры показывают. Надо вести их за другой лошадью. Она первый раз сделает так, и все будет нормально, иначе в первый раз может сопротивляться, и потом всегда будет какое-то напряжение. Хотя где-то на самом деле нужно и сопротивление, чтобы показать лошади, что будет так, как желаешь ты, а не как хочет она. Всегда лошадь должна понимать, что она подчиняется всаднику.

- Как готовятся всадники? Вы, например, идете в спортзал после тренировки в манеже, или хватает нагрузки во время работы с лошадью?

- Да, в тренажерный зал хожу. Перед Олимпиадой несколько килограмм скидывал - чем легче вес, тем легче лошади. Каждый килограмм все равно играет определенную роль. Кручу велосипед, бегаю километров по десять. Даем дополнительные нагрузки, но это в основном связано с тем, что надо держать вес. Выносливость тоже нужна, особенно если работаешь не с одной лошадью. Физика хорошая нужна.

- Заранее было понимание, что ждет в Рио в самой непредсказуемой дисциплиной - кроссе?

- Трасса везде абсолютно разная, заранее о ней не было ни единого представления. Везде многое зависит от ландшафта, где курс-дизайнер создает трассу. В этом сложность, что лошадь заранее трассу не видит. В конкуре, где барьеры стоят на поле, все всадник быстро может рассчитать. А тут более непредсказуемо, каждый раз все по-новому.

На полевых испытаниях главное, чтобы лошадь прыгала в воду, через канавы, барьеры, где не видно приземления, и узкие барьеры. Если это она может, то в дальнейшем в принципе все можно сочетать. А есть лошади, которые не прыгают, пока не видят, куда она приземлится – не доверяют всаднику, боятся. Кто-то не прыгает в воду или канавы. Всё, это уже проблемная лошадь, уже где-то можно от нее ждать подвоха. Тьфу-тьфу, у нас такого нет.

 

Побеждать – не в Рио

 

- Какой результат на Олимпиаде вас устроит?

- Устроит меня, если будет хорошая манежная езда. Уж не знаю, как нас оценят, но чтобы нас адекватно оценили, надо жить и выступать в Европе, быть больше на глазах. Хотелось бы хорошо выполнить манежную езду, чисто проехать кросс и конкур. При этом я не знаю, какой это будет результат. На чемпионате Европы первая двадцатка была такой плотной и с таким хорошим результатом – все до 45 штрафных очков. У пятнадцати человек было до 40. Очень хороший уровень.

- Что надо сделать, чтобы победить в Рио?

-Чтобы в Рио победить, надо быть не Андреем Валентиновичем, а Хоттабычем – достать волосок из бороды и...

- Это нереально?

- Даже если все звезды сойдутся. Но я еду достойно и хорошо выступать, буду бороться. Я прекрасно знаю свои возможности, возможности своей лошади. Я, может, осторожен в прогнозах, зато честен.

Но вот что надо сделать, чтобы выиграть какие-то другие следующие Олимпиады – да, у меня есть понимание. Я занимаюсь сейчас молодым всадником, ему 14 лет, он очень хорошо выступает. Считаю, что если бы сильные спортсмены подтягивали бы таких всадников и вели их рядом с собой, они бы очень быстро росли. И если каждый сделал бы такой свой вклад, наш конный спорт вырос бы на порядок. Этих всадников надо отправлять в Европу, там все ведущие работают, если с ними тренироваться и выступать, сам станешь на порядок лучше. Нашим всадникам надо больше выступать в Европе, тогда уровень будет повышаться.

- Почему не получается сейчас больше времени в Европе проводить?

- Думаю, этот вопрос больше упирается в финансы. Наши спортсмены, кто занимаются конкуром, например, либо имеют спонсоров, либо имеют достаточно денег сами. У нас нет такого спонсора. В троеборье мало кто идет спонсорами. Михаил Настенко, например, пока имел спонсора, везде выступал – и на Олимпиаде, и на чемпионатах Европы. Потом спонсору все надоело, и теперь она сама ездит на лошади, на которой Михаил выступал на Олимпиаде.

- После Игр какие цели будут?

- Будем торопиться не спеша. Многое зависит от нашего здоровья, от здоровья лошадей. От молодых лошадей, которые подходят. Много всяких аспектов, от чего зависит наше будущее.

- Вы уже довольно давно в конном спорте. Что движет вами каждый день работать над собой и совершенствоваться?

- Мне кажется, это черта характера, когда человек к чему-то стремится. Самоуважение приходит тогда, когда человек ставит какие-то цели перед собой, и, достигая их одну за другой, формируется как личность. Мне кажется, это самое главное, у всех так должно быть.

 
 
Лента новостей
0
Сначала новыеСначала старые
loader
Онлайн
Заголовок открываемого материала
Чтобы участвовать в дискуссии
авторизуйтесь или зарегистрируйтесь
loader
Чаты
Заголовок открываемого материала