Регистрация пройдена успешно!
Пожалуйста, перейдите по ссылке из письма, отправленного на

Фристайлист Илья Буров: я выиграл бронзовую медаль Олимпиады, просто непонимамба!

Российский фристайлист Илья Буров, выигравший бронзовую медаль Олимпиады в лыжной акробатике, в беседе с журналистами, среди которых был и корреспондент РИА Новости Ильдар Сатдинов, поделился эмоциями от финала, рассказал, кому он посвящает свою бронзу, почему у него не было вопросов к президенту МОК Томасу Баху, а также объяснил, каково это было вернуться в спорт после ДТП и тяжелой травмы колена.

Российский фристайлист Илья Буров, выигравший бронзовую медаль Олимпиады в лыжной акробатике, в беседе с журналистами, среди которых был и корреспондент РИА Новости Ильдар Сатдинов, поделился эмоциями от финала, рассказал, кому он посвящает свою бронзу, почему у него не было вопросов к президенту МОК Томасу Баху, а также объяснил, каково это было вернуться в спорт после ДТП и тяжелой травмы колена.

 

- Илья, поздравляем с победой! Ваши эмоции?

- Я очень рад! Я сделал все по максимуму в финале. Мог лучше, но чуть-чуть переволновался.

- Первые мысли, когда выиграли медаль?

- Это было матерное слово (смеется). Шок, в общем. Просто непонимамба происходящего.

- Вы боролись в финале за себя и за брата Максима?

- Боролся за всех, кого я знаю. Я очень ждал этой медали, я приложил максимум сил, терпения, страданий.

- Чего вам хочется прямо сейчас, после медали?

- Да побыстрее закончить со всем этим, сдать допинг-пробу и идти отдыхать.

- Есть ощущение, что вам занизили оценки сегодня.

- Во второй финальной попытке - может быть. Но это судье виднее. В решающей попытке меня достойно оценили, у меня были небольшие помарки.

- Круто, что у российского фристайла наконец медаль на этой Олимпиаде!

- Конечно! Но то, что медалей не было у нас, не давило на меня. Одна дисциплина не могла, но вот в другой смогли. Конечно, были надежды на могул еще, но у них не получилось. Чуть-чуть было давление, что в акробатике должна быть медаль. И вот она есть!

- Что вы чувствуете, когда ждете выступления остальных участников, когда сами уже прыгнули?

- Когда Паша упал, было обидно. Мы вместе с ним так долго шли к этому. Остальные ребята в финале тоже делали очень сложные программы. Каждый будет рад, когда соперник падает. Но все равно за них переживал.

- В акробатике нормально радоваться, когда соперник падает?

- Радость, конечно, внутренняя есть. Ведь твой результат зависит и от результатов соперников. Но при этом и обидно, что достойный конкурент падает.

- Вы после финала обнимались с украинцем Александром Абраменко.

- У нас дружеские отношения. У нас нет никакой вражды с ними.

Прыжок на пьедестал: бронза фристайлиста Бурова на Олимпиаде / ФОТО >>>

- Кому посвящаете свою медаль?

- Посвящаю своим детям.

- С братом Максимом виделись перед финалом?

- Он был расстроен после вчерашнего результата. Ему в квалификации не повезло на приземлении. Ничего, он молодой, у него все еще впереди.

- Вы планируете дальше выступать?

- Конечно. Я хочу выступать на следующей Олимпиаде.

- То есть в Китае уже нужно брать золото?

- Блин, как получится (смеется). Как здоровье позволит, конечно.

- В финальных попытках вы откладывали на потом свой сложнейший прыжок?

- Нет, я в каждой попытке выкладывался на все сто процентов, ничего не откладывал. Чуть дашь слабину, допустишь ошибку - и тебя раздерут судьи.

- Трудно было привыкнуть к этому трамплину?

- Пять дней тренировочных хватило, чтобы привыкнуть к олимпийскому трамплину.

- У вас же до олимпийского сезона была серьезная травма?

- Я целый год лежал в больнице перед олимпийским сезоном. Я попал в ДТП, разрыв переднего креста. Это самая серьезная травма в нашем виде спорта. Минимум полгода ты только восстанавливаешься. Постоянные процедуры, ЛФК, конечно, вымораживали меня. Но я переборол все это. Пришлось пропустить целый сезон, с этого лета я только начал полноценно тренироваться после травмы. Этого было достаточно, чтобы нормально подготовиться к Олимпиаде. К этому сезону я в итоге подошел вот с таким результатом.

- Не было мыслей в период восстановления, что придется заканчивать карьеру из-за тяжелой травмы?

- Нет. Наоборот, мне хотелось скорее вернуться. Мне не сиделось на месте, я не могу быть в спокойном состоянии. Мне все время надо быть в движняке.

- После травмы не было страха снова получить повреждение?

- Нет, все шло постепенно. Поначалу было больно, но надо было стиснуть зубы и вперед.

- Не было сомнений, попадаете на Олимпиаду или нет, учитывая всю ситуацию вокруг российской сборной?

- Были, конечно, такие мысли. Но видите, все сложилось хорошо, хотя и под олимпийским флагом. В этом сезоне, кстати, очень часто приезжали допинг-офицеры.

- То есть, допинг-офицеры уже были как старые знакомые для вас?

- Да я не любитель сдачи допинг-проб. Здесь на Олимпиаде только после этой медали я буду первый раз сдавать пробу, хотя всю нашу команду уже проверили.

- Во время Олимпиады российская команда встречалась с президентом МОК Томасом Бахом. Вы были на ней?

- Не был, я не слышал даже об этой встрече.

- Хотелось бы что-нибудь спросить у Баха?

- Я не знаю английского, так что мне пофиг (смеется).

- Кто ваш самый близкий друг в акробатике?

- Мой брат Максим, конечно. Потом украинцы, белорусы. В общем, славяне. С китайцами и американцами не дружим, просто так сложилось.

- Уже не первый раз славяне завоевывают олимпийские медали в акробатике.

- Славяне рулят! Белорусы и на прошлых Олимпиадах брали медали, школа сильная потому что. Наша тоже не отстает, мы делаем все для этого.


Оценить 0
Рекомендуем
РИА
Новости
Лента
новостей
Сначала новыеСначала старые
loader
Онлайн
Заголовок открываемого материала
Чтобы участвовать в дискуссии
авторизуйтесь или зарегистрируйтесь
loader
Чаты
Заголовок открываемого материала