Регистрация пройдена успешно!
Пожалуйста, перейдите по ссылке из письма, отправленного на

Угрюмов: нереально интегрировать китайскую систему прыжков в воду в другой стране

© Фото : из личного архива Михаила УгрюмоваМихаил Угрюмов и немецкий тренер Борис РозенбергМихаил Угрюмов и немецкий тренер Борис Розенберг
Заслуженный тренер СССР Михаил Угрюмов, много лет работавший со сборными Испании и Великобритании, в беседе со специальным корреспондентом РИА Новости Еленой Вайцеховской критикует Мировую серию, рассуждает о недостатках чемпионата Европы и предсказывает сенсации, которые в скором времени могут произойти в мировых прыжках в воду.

Заслуженный тренер СССР Михаил Угрюмов, много лет работавший со сборными Испании и Великобритании, в беседе со специальным корреспондентом РИА Новости Еленой Вайцеховской критикует Мировую серию, рассуждает о недостатках чемпионата Европы и предсказывает сенсации, которые в скором времени могут произойти в мировых прыжках в воду.

- Недавний чемпионат  мира среди юниоров, который прошел в Киеве, вы назвали самым интересным турниром года. Почему?
- Потому что он действительно оказался интересней и зрелищней, чем вся Мировая серия, которая по составу участников считается наиболее элитным турниром из всех существующих. Я вообще считаю, что Мировая серия негативно влияет на развитие прыжков в воду. Там стартует минимум участников, но почти никто из них на протяжении сезона не участвует в Гран-при. Остальной мир просто не имеет возможности видеть этих спортсменов, соревноваться с ними. Это неизбежно ведет к деградации вида, по этому поводу, насколько знаю, уже забеспокоились в Международной федерации плавания. Юниорский чемпионат позволяет увидеть определенные тенденции. Вот передо мной таблица медалей юношеского первенства: награды завоевали 13 стран, одно золото выиграли прыгуны Великобритании, еще по одному - Канада и Колумбия. А остальные 14 медалей забрали китайцы.

- Что тут удивительного? Примерно такое же соотношение наблюдается в прыжках в воду на чемпионатах мира и Олимпийских играх последние несколько десятилетий.
- Да, но есть нюанс. На юниорских чемпионатах китайцы не выставляют сильнейших. Там достаточно своеобразная система селекции: после того, как спортсмен зачислен в национальную команду, а происходит это обычно в 12-летнем возрасте, он уже никогда не смешивается с юниорами и не выступает во второстепенных взрослых турнирах. Те, кто входит в национальную команду, готовятся исключительно к Олимпийским играм и чемпионатам мира. На Гран-при и прочих стартах выступают спортсмены какой-нибудь провинции, иногда нескольких, но никто из них уже никогда не попадет в национальную команду.

- Но это же действительно означает смерть прыжков в воду, если команда китайской провинции так уделывает весь остальной мир.
- С одной стороны, да. С другой – надо понимать, почему это происходит. Китайцы создали у себя в стране такую инфраструктуру для прыжков в воду, какой нет нигде в мире. Она сравнима разве что с футбольной инфраструктурой некоторых стран. В футболе существует целый институт наблюдателей. В Испании, например, их называют охеадорес (от слова ojo – глаз). Они ходят на турниры, ездят не только по стране, но и по всему миру, смотрят, где родился новый Месси или какой-нибудь Неймар. Как только на глаза попадается быстрый и талантливый парень, с родителями заключается контракт. Первым это начал делать «Манчестер Юнайтед», сейчас даже в Южно-Африканской Республике свой интернат открыл. Так же поступают «Барселона», «Реал»…

Просто интегрировать китайскую систему в какую-то другую страну, кроме самого Китая, нереально.  Слишком уж это дорого. Китайцы построили у себя в стране 24 самых современных специализированных бассейна для прыжков в воду с сухими залами, лонжами, поролоновыми ямами. В каждом из этих бассейнов минимум восемь «сухих» трамплинов, минимум пять специальных цирковых батутов, то есть совершенно фантастические условия для работы. И смысл как раз в том, что таких центров много. Если делать один такой центр на страну и собирать туда всех лучших, это быстро убьет в стране конкуренцию и интерес к виду спорта в целом.

- И где выход?
- Можно, как мне кажется, находить компромисс. Как тот, что сделали у себя немцы. У них есть один центр, куда раз в месяц они собирают на неделю свою сборную команду. А потом снова отправляют спортсменов в клубы. Таким образом лидеры постоянно находятся под контролем, получают программу, выполняют ее. Но тренируются они в клубах, и это позволяет остальным спортсменам смотреть на них и расти. Хотя в целом Европа сильно отстает сейчас и от Китая, и от остального мира.

- Вам что-нибудь интересно на предстоящем чемпионате Европы?
- Да. Но сначала я его поругаю – слишком уж он непредставительный. Например, в первом командном виде – Team Event - заявлено всего семь команд. По семь синхронных пар заявлено на вышке как у мужчин, так и у женщин. По десять пар, а это тоже немного, заявлено на трамплинах. Всего 16 спортсменок будут бороться за 12 мест в финале в индивидуальных прыжках с вышки у женщин. 

- Чем вы объясняете столь резкое сокращение представительства в «вышечных» дисциплинах? Прыжки становятся слишком сложными и соответственно страшными?
- Дело не в страхе, а в травмах. Травмируются, в основном, спины и кисти. Современную технику «задних» входов в воду – для того, чтобы вход получился «погашенным» - прыгуны называют «шестеркой». Что это такое? Сейчас объясню. Представьте себе нарисованную шестерку. Так вот: тело спортсмена должно войти в воду, а затем, под водой, прогнуться таким образом, чтобы голова вышла в том месте, где находилась точка входа. Если прыгун начал это движение чуть-чуть раньше, когда скорость ещё недостаточно погашена, травмируется спина, травмируются плечи. Но деваться некуда, потому что по неписанным законам прыжков в воду качество входа – это восемь баллов из десяти, а вовсе не два балла, как прописано в официальных правилах. Хочешь получать высокие оценки – гаси брызги. Имеет значение даже звук! Для этого все применяют сейчас одну и ту же технику - ставят руки на воду ладошками, а не кулаками. Вот кости запястья (их аж восемь и между всеми ними есть ещё суставы) и страдают – сопротивления воды не выдерживают и травмируются. Протекторы, конечно, помогают, но, как показывает практика, далеко не всегда. Вот мы и имеем на женской вышке чемпионата Европы всего 16 спортсменок.

- А что происходит в остальном мире?
- Сильные спортсмены в Азии, на глазах растет Япония. Немного сдала позиции Мексика, но потрясающе прогрессирует Колумбия, куда, кстати, перебрался работать сильнейший мексиканский тренер Пако Руэда. Меня до глубины души потряс 18-летний колумбийский мальчишка Даниэль Рестеро, который на юниорском первенстве мира выиграл трехметровый трамплин. Он сделал в финале совершенно уникальный винтовой прыжок – 3,5 оборота вперед с винтом, причем на очень высокую оценку. Сложность прыжков вообще возросла у юниоров неимоверно. Вся первая пятерка трамплинистов включила в программы 4,5 оборота вперед и 3,5 оборота назад с разбега. Самый сложный из существующих прыжков на трамплине - 2,5 оборота вперед с тремя винтами – выполнил совсем юный австралийский спортсмен. Невероятная сложность поперла.

- К сожалению, российские лидеры на трамплине, действующие чемпионы мира в синхронных прыжках Илья Захаров и Евгений Кузнецов, были вынуждены после Игр-2016 в Рио-де-Жанейро облегчить программу – убрали из нее прыжок с тремя винтами.
- Кузнецов нравится мне уже тем, что на чемпионате Европы заявился в четырех видах программы. В свое время четыре снаряда, включая «синхроны» с трамплина и вышки, прыгал Дмитрий Саутин. Сейчас таких разносторонних прыгунов я не вижу. Но не понимаю, если честно, как можно не научить столь координированного и прыгучего парня, как Женя, делать три винта. Точно так же не понимаю, как можно не научить этому Захарова.

- Дело в том, что они оба делают этот прыжок, но слишком по-разному и не всегда стабильно, а переучивать в таком возрасте опасно. 
- Переучивать и не нужно – это бессмысленно. Есть куча исследований, которые говорят о том, что взять и починить прежний навык у взрослого спортсмена нельзя. Но можно рядом построить совсем другой навык, а потом уже добиться того, чтобы в момент стресса спортсмен не возвращался к ошибочному для себя варианту прыжка. Профессиональный тренер не должен спокойно спать, пока он не может помочь своим ученикам решить какую-то важную двигательную задачу. Не может быть, чтобы спортсмены такого уровня таланта были не в состоянии справиться с прыжком, который делают в мире уже многие! Это как минимум нелогично. Конечно, на этом чемпионате Европы российские прыгуны наиболее конкурентоспособны, но чисто профессионально мне будет интересно увидеть нового ученика университетского тренера Скотта Дони. Парень очень талантливый, уже год учится в США и выступает за Швейцарию, у него русские корни, но по-русски он не говорит - родители эмигрировали довольно давно. Имя рекомендую запомнить - Джонатан Сухов.

Оценить 0
Рекомендуем
РИА
Новости
Лента
новостей
Сначала новыеСначала старые
loader
Онлайн
Заголовок открываемого материала
Чтобы участвовать в дискуссии
авторизуйтесь или зарегистрируйтесь
loader
Чаты
Заголовок открываемого материала